+7(495)695-15-10
ORATOR.RUКурсы ораторского искусстваЦицерон
Эверест
телефоны






ИСТОРИИ

Кладбище на Эвересте

Эверест — это гора смерти в полном смысле слова. Штурмуя эту высоту, альпинист знает, что у него есть довольно вероятный шанс не вернуться. Гибель могут вызвать недостаток кислорода, сердечная недостаточность, обморожения или травмы. К смерти приводят и роковые случайности, вроде замерзшего клапана кислородного баллона. Более того, путь к вершине настолько сложен, что перед альпинистами часто встает вопрос: идти ли дальше, чтобы умереть или вернуться, чтобы выжить? Есть еще один серьезный вопрос: помогать ли другим альпинистам, попавшим в беду, когда сам находишься на грани жизни и смерти? Как сказал Мастер Спорта СССР по альпинизму, один из участников российской гималайской экспедиции Александр Абрамов, «на высоте более 8000 метров нельзя позволить себе роскошь морали. Выше 8000 метров ты полностью занят собой, и в таких экстремальных условиях у тебя нет лишних сил, чтобы помогать товарищу».

Если очень хочется доказать самому себе, что ты тоже смертен, то тогда стоит попытаться побывать на Эвересте.  

На Эвересте группы альпинистов проходят мимо непогребённых трупов, разбросанных то там, то тут. Это такие же альпинисты, только им не повезло. Кто-то из них сорвался и переломал себе кости, кто-то замерз или просто ослаб и всё равно замерз. Скорей всего, все эти люди, которые остались лежать там, думали, что это не про них. А теперь они как напоминание о том, что не всё в руках человека.

замерзший

«Трупы на маршруте – хороший пример и напоминание о том, что надо быть более осторожными на горе. Но с каждым годом восходителей всё больше, и по статистике трупов будет с каждым годом прибавляться. То, что в нормальной жизни неприемлемо, на больших высотах рассматривается как норма. » Александр Абрамов.

замерзший

Тела погибших остаются на склонах горы из-за трудностей, связанных с их эвакуацией. Некоторые из них служат ориентиром для альпинистов. Так, тело индуса Цеванга Палжора, погибшего в 1996 году, отмечает высоту в 8500 метров и даже имеет свое название — «зеленые ботинки» — по ярко-зеленой обуви погибшего.

замерзший на Эвересте

Трупы на Эвересте лежат годами и при этом сохраняются благодаря низким температурам. Но ветер и снег делают свое дело: те места на теле, которые не прикрыты одеждой, обглоданы снежным ветром до костей и чем старше труп, тем меньше на нем остается плоти. Эвакуировать мертвых альпинистов никто не собирается, вертолет не может подняться на такую высоту, а тащить на себе тушку от 50 до 100 килограммов альтруистов не находится. Так и лежат непогребенные альпинисты на склонах.

замерзшие на Эвересте

Статистику невозвращенцев там никто не ведет, ведь лезут в основном дикарями и малыми группами от трех до пяти человек. Стоит такое восхождение от 25 тыс $ до 60 тыс $. Иногда доплачивают жизнью, если сэкономили на мелочах. По оценкам, на вечной страже там осталось больше 200 человек. И многие, кто побывал там, говорят, что чувствуют взгляд черного альпиниста, упирающегося в спину, ведь прямо на северном маршруте находится восемь открыто лежащих тел. Среди них двое русских. С юга находится около десяти. А вот отклоняться от проложенной тропы альпинисты уже боятся, ведь могут и не выбраться оттуда, и никто их спасать не полезет.

В противовес общепринятому мнению, большинство людей умирает на Эвересте во время хорошей погоды, а не тогда, когда гора покрывается тучами. Безоблачное небо воодушевляет любого, независимо от его технического снаряжения и физических возможностей. Вот тут-то его и подстерегают отёки и типичные коллапсы, вызванные высотой. При худших условиях многие не стали бы подниматься и не погибли бы…

Есть версия, что английский альпинист Джордж Меллори первым покорил Эверест (хотя это не доказано) и погиб уже на спуске.

«Зачем вы идете на Эверест?» – спросили у Мэллори. «Потому что он есть!» – был его ответ.

В 1924 году Мэллори с напарником Ирвином начали восхождение. Последний раз их видели в бинокль в разрыве облаков всего лишь в 150 метрах от вершины. Затем облака сошлись и альпинисты исчезли. Назад они не вернулись.

Загадка исчезновения первых европейцев, оставшихся на Сагарматхе (непальское имя Эвереста или Джомолунгмы), волновала многих. Но чтобы узнать, что случилось с Мэллори, потребовались многие годы. (Тайна третьей экспедиции на Эверест)

В 1975 году один из покорителей уверял, что видел какое-то тело в стороне от основного пути, но не стал подходить, чтобы не потерять силы. Понадобилось еще больше двадцати лет, чтобы в 1999 году, при траверсе склона от 6 высотного лагеря (8290 м) на запад, экспедиция наткнулась на множество тел, в основном погибших за последние 5-10 лет. Среди них обнаружили Мэллори. Он лежал на животе, распростершись, словно обнимая гору, голова и руки были вморожены в склон.

mellori

«Перевернули — глаза закрыты. Значит, умер не внезапно: когда разбиваются, у многих они остаются открытыми. Спускать не стали — там и захоронили.»

Ирвина так и не нашли, хотя обвязка на теле Мэллори говорит о том, что напарники были вместе до самого конца. Веревка была перерезана ножом и, возможно, Ирвин мог передвигаться и, оставив товарища, умер где-то ниже по склону.

Жуткие байки ходят среди альпинистов, которые побывали на той вершине, ведь она не прощает ошибок и человеческого безразличия.

В 1996 году группа альпинистов из японского университета Фукуока поднималась на Эверест. Совсем рядом с их маршрутом оказались трое терпящих бедствие альпинистов из Индии — истощенные, заледеневшие люди просили о помощи, они пережили высотный шторм. Японцы посидели рядом и прошли мимо. Когда же японская группа спускалась, то спасать уже было некого: индусы замерзли.

Какая мораль может быть на высоте 8000 метров над уровнем моря? Тут уж каждый за себя, лишь бы выжить. Иначе жертв может быть больше.

Эверест

Известная трагедия, потрясшая многих, произошла в мае 1998 года. Тогда на спуске погибла супружеская пара — Сергей Арсентьев и Фрэнсис Дистефано. Проведя на 8200 м три ночи (!), они вышли на восхождение и взошли на вершину 22 мая 1998 в 18:15. Восхождение было совершено без использования кислорода. Таким образом, Фрэнсис стала первой американской женщиной и всего второй за всю историю женщиной, совершившей восхождение без кислорода.

Во время спуска супруги потеряли друг друга. Он спустился в лагерь. Она — нет.

Фрэнсис пролежала обессиленная двое суток на южном склоне Эвереста. Мимо замерзающей, но еще живой женщины проходили альпинисты из разных стран. Одни предлагали ей кислород (от которого она первое время отказывалась, не желая портить себе рекорд), другие наливали несколько глотков горячего чая, была даже супружеская пара, которая пыталась собрать людей, чтобы стащить ее в лагерь, но и они вскоре ушли, так как подвергали риску собственные жизни.

Сначала пять узбекских альпинистов шли на вершину мимо нее — она была жива. Узбеки могли помочь, но для этого надо было отказаться от восхождения. Хотя один их товарищ уже взошел, а в этом случае экспедиция уже считается успешной.

На спуске они встретили Сергея. Сказали, что видели Фрэнсис. Он взял кислородные баллоны и пошел. Но пропал.

На следующий день шли трое других узбеков, три шерпа (шерпы – народность, проживающая в Гималаях, некоторые из них за деньги помогают альпинистам в восхождении) и двое из Южной Африки — всего 8 человек. Подходят к ней — она уже вторую холодную ночевку провела, но всё еще была жива. Опять все проходят мимо — на вершину.

Ну не совсем уж все альпинисты такие эгоисты, некоторые, всё-таки, пытаются спасти других, но у них не всегда получается.

Затем шли британцы, муж и жена – Йен и Кэти Вудхолл. «Мое сердце замерло, когда я понял, что этот человек в красно-черном костюме был жив, но абсолютно один на высоте 8,5 км, всего в 350 метрах от вершины, – вспоминает британский альпинист. – Мы с Кэти, не размышляя, свернули с маршрута и попытались сделать всё возможное, чтобы спасти умирающую. Так закончилась наша экспедиция, которую мы готовили годами, выпрашивая деньги у спонсоров. Нам не сразу удалось добраться до нее, хотя она лежала и близко. Двигаться на такой высоте – то же самое, что бежать под водой… Мы, обнаружив женщину, пытались ее одеть, но ее мышцы атрофировались, она походила на тряпичную куклу и всё время бормотала: «Я американка. Пожалуйста, не оставляйте меня»… Мы одевали ее два часа. Моя концентрация внимания была потеряна из-за пронизывающего до костей дребезжащего звука, разрывавшего зловещую тишину, – продолжает свой рассказ Вудхолл. – Я понял: Кэти вот-вот и сама замерзнет насмерть. Надо было выбираться оттуда как можно скорее. Я попытался поднять Фрэнсис и нести ее, но это было бесполезно. Мои тщетные попытки спасти ее подвергали риску Кэти. Мы ничего не могли сделать».

Обессиленные британцы побоялись погибнуть, поэтому оставили Фрэнсис и спустились, не достигнув вершины.

«Не проходило и дня, чтобы я не думал о Фрэнсис. Спустя год, в 1999-м, мы с Кэти решили повторить попытку добраться до вершины. Нам это удалось, но на обратном пути мы в ужасе заметили тело Фрэнсис, она лежала точно так, как мы ее оставили, идеально сохранившейся под влиянием низких температур. Такого конца никто не заслуживает. Мы с Кэти пообещали друг другу вернуться на Эверест снова, чтобы похоронить Фрэнсис. На подготовку новой экспедиции ушли 8 лет. Я завернул Фрэнсис в американский флаг и вложил записку от сына. Мы столкнули ее тело в обрыв, подальше от глаз других альпинистов. Теперь она покоится с миром. Наконец, я смог сделать что-то для нее». Йен Вудхолл

Через год было найдено тело Сергея Арсеньева: «Прошу прощения за задержку с фотографиями Сергея. Мы определенно его видели — я помню фиолетовый пуховый костюм. Он был в положении как бы поклона, лежа сразу за Джохеновским (Jochen Hemmleb — историк экспедиции) «неявно выраженным ребром» в районе Мэллори примерно на 8254 м. Я думаю, это  он». Джейк Нортон, участник экспедиции 1999 года.

Еще одна трагедия, случившаяся на Эвересте в мае 2006 года, потрясла весь мир. Весной 2006 года одиннадцать человек погибли на Эвересте – и это не новость, казалось бы, если бы один из них, британец Дэвид Шарп, не был оставлен в состоянии агонии проходящей мимо группой альпинистов. Мимо медленно замерзавшего англичанина безучастно прошли 42 альпиниста, но никто не помог ему. Стоя перед выбором, оказать помощь или продолжить восхождение на вершину, они выбрали второе, так как достичь самой высокой вершины мира для них означало совершить подвиг. Одними из них были телевизионщики канала «Discovery», которые попытались взять интервью у умирающего и, сфотографировав его, оставили одного умирать на северном склоне …

Дэвид Шарп всё еще оставался жив, проведя ужасную ночь на высоте 8500 метров в фантасмагорической компании с «мистером зеленые сапоги», трупом индийского альпиниста, одетого в старые ярко-зеленые пластиковые ботинки «Кофлач», который уже много лет лежал на гребне посреди дороги в позе эмбриона.

Дэвид Шарп, поднимавшийся на гору самостоятельно, участвуя в восхождении, организованной фирмой «Азия Треккинг», умер, когда его баллон с кислородом отказал на высоте 8500 метров. Это случилось 16 мая. Шарп не был новичком в горах. В свои 34 года он уже восходил на восьмитысячник Чо-Ойю, проходя наиболее сложные участки без использования перил, что может и не является героическим поступком, но по меньшей мере, показывает его характер. Неожиданно оставшись без кислорода, Шарп сейчас же почувствовал себя плохо и тотчас же рухнул на скалы на высоте 8500 метров посреди северного гребня. Некоторые из тех, кто его опередил, уверяют, что думали, что он отдыхает. Несколько шерпов поинтересовались его состоянием, спрашивали, кто он и с кем путешествовал. Он ответил: «Меня зовут Дэвид Шарп, я здесь вместе с «Азия Треккинг» и просто хочу поспать».

Первым, кого насторожила смерть Шарпа, был бразилец Витор Негрете, который кроме того заявил, что в высокогорном лагере его обокрали. Никаких более подробностей Витор так и не смог сообщить, т. к. через два дня умер. Негрете ступил на вершину с северного гребня без помощи искусственного кислорода, но во время спуска начал чувствовать себя плохо и запросил по радио помощь у своего шерпа, который и помог ему добраться до лагеря № 3. Он умер в своей палатке, возможно, из-за отёка, вызванного пребыванием на высоте.

Три дня спустя после гибели Дэвида Шарпа руководитель «Peace Project» Джеми Мак Гиннес и десять его шерпов спасли одного из его клиентов, вошедшего в штопор, немного погодя после восхождения на вершину. На это потратили 36 часов, но на импровизированных носилках его эвакуировали с вершины, донеся до базового лагеря. Он, конечно, немало заплатил, и это спасло ему жизнь. Дэвид Шарп заплатил только за то, чтобы иметь в базовом лагере повара и палатку.

Шарп не был богачом и совершал восхождение без гидов и шерпов. Драматизм заключается в том, что имей он достаточно денег, его спасение было бы возможно. Он и сегодня был бы жив.

Несколько дней спустя двух членов одной экспедиции из Кастилии Ла Манчи хватило, чтобы эвакуировать одного полуживого канадца по имени Винс с Северного седла (на высоте 7000 метров).

Немного позднее был один эпизод, который окончательно разрешит споры о том, возможно или нет оказывать помощь умирающему на Эвересте. Гид Гарри Кикстра получил задание вести одну группу, в которой среди его клиентов фигурировал Томас Вебер, имевший проблемы со зрением вследствие удаления в прошлом опухоли мозга. В день подъема на вершину Кикстра, Вебер, пять шерпов и второй клиент, Линкольн Холл, вышли вместе из третьего лагеря ночью при хороших климатических условиях.

Обильно глотая кислород, немногим более чем через два часа они наткнулись на труп Дэвида Шарпа, обошли его и продолжили путь на вершину. Вопреки проблемам со зрением, которые высота должна была бы обострить, Вебер взбирался самостоятельно, используя перила. Всё происходило, как было предусмотрено. Линкольн Холл со своими двумя шерпами продвинулся вперед, но в это время у Вебера серьезно ухудшилось зрение. В 50 метрах от вершины Кикстра решил закончить восхождение и направился со своим шерпом и Вебером обратно. Мало-помалу группа стала спускаться с третьей ступени, затем со второй…  Пока вдруг Вебер, казавшийся обессиленным и потерявший координацию, не бросил панический взгляд на Кикстру и не огорошил его: «Я умираю». И умер, падая ему на руки посреди гребня. Никто не мог его оживить.

Тем временем, находящийся выше Линкольн Холл, возвращаясь с вершины, стал чувствовать себя плохо. Предупрежденный по радио Кикстра, всё еще находясь в состоянии шока от смерти Вебера, послал одного из своих шерпов навстречу Холлу, но последний рухнул на 8700 метрах и, несмотря на помощь шерпов, на протяжении девяти часов пытавшихся его оживить, не смог подняться. В семь часов они сообщили, что он мертв. Руководители экспедиции посоветовали шерпам, обеспокоенным начинающейся темнотой, оставить Линкольна Холла и спасать свои жизни, что они и сделали.

Тем же самым утром, спустя семь часов, гид Дан Мазур, следовавший с клиентами по дороге на вершину, наткнулся на Холла, который, к удивлению, оказался жив. После того как ему дали чай, кислород и лекарства, Холл смог сам поговорить по радио со своей группой на базе. Тотчас же все экспедиции, находившиеся на северной стороне, договорились между собой и выслали отряд из десяти шерпов ему на помощь. Сообща они сняли его с гребня и вернули к жизни.

обмороженный на Эвересте

Линкольн Холл обморозил руки — минимальная потеря в этой ситуации. Так же должны были бы поступить и с Дэвидом Шарпом, но в отличие от Холла (один из наиболее знаменитых гималайцев из Австралии, участник экспедиции, открывшей один из путей на северной стороне Эвереста в 1984 году), у англичанина не было знаменитого имени и группы поддержки.

Случай с Шарпом хоть и скандальный, но не является новостью. Точно так же голландская экспедиция оставила умирать на Южном седле одного индийского альпиниста всего в пяти метрах от своей палатки, когда он еще что-то шептал и махал рукой.

Но в том же году был случай, когда люди остались людьми. В украинской экспедиции парень провел холодную ночь почти там же, где и американка Фрэнсис Дистефано. Свои спустили его до базового лагеря, а далее ему помогали более 40 человек из других экспедиций. Легко отделался — четыре пальца удалили.

Именно так должны вести себя люди в экстремальных ситуациях. Ибо, как заметил Александр Абрамов, «нельзя продолжать совершать восхождения, лавируя между умирающими, и делать вид, что это в порядке вещей».

Девять самых опасных вершин мира
Про Эверест
Тайна 3-й экспедиции на Эверест

           Вернуться к оглавлению