ORATOR.RUКурсы ораторского искусстваЦицерон
Нгема Ндонг
телефоны






ИСТОРИИ

Президент, который съел казну

В 1979-м вооруженные силы Экваториальной Гвинеи произвели в стране молниеносный государственный переворот. К этому моменту в государстве не было ни единого человека, кто поддерживал бы президента Нгему Ндонга. Сам диктатор жил за городом, где медленно впадал в маразм. Узнав о том, что военные едут его арестовывать, Ндонг бежал из резиденции, прихватив с собой весь золотовалютный запас страны. Большую часть денег он сжег, оставив себе лишь два увесистых чемодана. С ними он бежал в джунгли. Через две недели его все-таки арестовали. Чемоданы были пусты. Как оказалось, во время скитаний по джунглям, Ндонг питался долларами. За четырнадцать дней он съел почти два миллиона, оставив страну без средств к существованию.

Франсиско Масиас Нгема был человеком довольно ограниченных способностей, однако смог сделать карьеру в испанской колониальной администрации благодаря тому, что высказывал личную преданность колониальному режиму. Нгема безуспешно трижды пытался сдать экзамен, дававший право стать государственным служащим. Лишь на четвертый раз, при явной помощи испанских чиновников, он достиг своей цели. В 1960 году он был назначен алькальдом (мэром) Монгомо и стал членом ассамблеи в Санта-Исабель, которой были поручены внутренние дела колонии.

В октябре 1968 года была провозглашена независимость Экваториальной Гвинеи, Нгема возглавил коалиционное правительство и стал президентом страны. Несмотря на провозглашение независимости, в Экваториальной Гвинее, в частности, в экономике, сохранялось сильное испанское присутствие.

В феврале 1969 года Нгема произнес несколько речей, направленных резко против испанского населения. Формальным поводом был вывешенный на одном из зданий испанский флаг, который Нгема увидел во время одной из своих поездок. В результате африканская молодежь вышла на улицы и фактически начала охоту на испанцев. К концу марта 1969 года подавляющее большинство из 7000 испанцев, остававшихся в Экваториальной Гвинее, опасаясь за свою жизнь, бежали из страны, оставив всё свое имущество, наиболее ценным из которого были плантации кофе и какао.

В Экваториальной Гвинее времен Ндонга опасно было быть чиновником. Министр, назначенный сегодня, завтра мог быть расстрелян. Так, министр иностранных дел, Ндонго Мийоне, пытавшийся выступить посредником между властями и местным испанским населением, которое массово выселялось из страны, был вызван в президентский дворец, избит прикладами так, что ему сломали обе ноги, а затем заключен в тюрьму, где был вскоре убит. Министр образования Тату Масале хотел остановить закрытие школ. Его зарезали на глазах у президента, а отрубленную голову выставили на всеобщее обозрение. Министр сельского хозяйства Итула Нзена-Моко был активным участником массовой конфискации — интересного процесса, в ходе которого вооруженные люди отжимали у испанцев принадлежавшие им плантации и угодья. Это была политика мести бывшим колониальным властям. У Нзены-Моко дела поначалу шли хорошо. Поначалу — это до тех пор, пока президент Ндонг не заподозрил его в помощи испанцам. После этого министр исчез. Что с ним стало — неизвестно.

Государственные деятели, направлявшие свои усилия на остановку или смягчение кризиса, были репрессированы. Нгема распустил правительство, десять из двенадцати министров были казнены. Вместо коалиционного правительства Нгема назначил на высшие посты государства своих родственников из клана эсанги. Его племянник и будущий преемник, Обианг Нгема Мбасого, стал командиром Национальной гвардии, генеральным секретарем министерства обороны и начальником тюрем. На посты в службы безопасности Франсиско Масиас Нгема назначал только своих родственников. Таким образом началось диктаторское правление Нгемы, выделявшееся даже на фоне современных ему африканских диктаторов.

За неполные 11 лет его правления население Экваториальной Гвинеи сократилось более чем наполовину. От изначальных 300 тысяч осталось что-то около 140. Впрочем, установить точную численность населения было невозможно. Специалисты по демографии были расстреляны, государственное бюро статистики не работало уже более пяти лет. Его директор был публично расчленен с формулировкой: «чтобы научился считать».

У Нгемы Ндонга вообще был свой взгляд на то, как должно функционировать государство. Существовавшее при нем правительство стремительно сокращалось. За расстрелом министра порой не следовало нового назначения. Его ведомство просто прекращало свое существование. Другой вариант — на пост министра назначался сам президент. К началу 70-х он возглавлял вооруженные силы, спецслужбы, министерство народного строительства и, разумеется, собственный кабмин. Чуть позже Ндонг стал еще и мэром Малабо — столицы страны, а также занял 20 из 60 мест в парламенте. В 1976-м был казнен директор Национального банка. Вакантный пост занял, разумеется, сам президент. С этого момента казна и валютные резервы Экваториальной Гвинеи перешли к нему на хранение. Чемоданы с деньгами находились в его резиденции. Некоторую часть из них Ндонг прятал под кроватью.

Конституция предоставляла Ндонгу широчайшие полномочия. Его декреты автоматически получали силу законов. Он мог своим указом снимать и отправлять под арест не только министров, но даже школьных учителей. Арест — отдельная тема. В Экваториальной Гвинее он был бессрочным. Санкции суда не требовалось, если есть приказ президента. Впрочем, с судами всё обстояло довольно сложно. В стране таковых насчитывалась ровно одна штука — Верховный народный суд, председателем которого, разумеется, был Ндонг. Инстанции районных и городских масштабов были предусмотрены Конституцией, но на деле не работали. Всё решалось по слову диктатора и никак иначе. Ндонг лично устанавливал цены на продукты, причем мог менять их каждый день.

Главной же особенностью его правления были запреты. Президент закрыл все театры и библиотеки, упразднил образование и запретил носить очки. Кроме него до запрета на очки додумался только Пол Пот. В 1975-м было запрещено использование типографий. Прессы в стране почти не существовало. Работали две правительственных газеты, пока Ндонг не закрыл и их. В 1974-м было запрещено слово «интеллект». К концу правления Ндонга в стране насчитывалось не более десяти человек с высшим образованием. Когда казалось, что запрещать уже нечего, президент запретил чрезмерное потребление электроэнергии. Это был редкий нелинейный декрет Ндонга.

В середине 70-х немногие электростанции Экваториальной Гвинеи столкнулись с нехваткой рабочих рук и ресурсов. Директор одного такого предприятия имел неосторожность обратиться к главе государства за помощью. Директора утопили, электростанции закрыли, страна погрузилась во тьму. В Малабо не было больше электрического освещения, единственными источниками света оставались Солнце и Луна. В президентском дворце и загородной резиденции работали автономные генераторы.

В каждой католической церкви висел портрет президента. Там могло не быть алтаря, распятия или изображения Иисуса, но портрет Ндонга был обязательно. Это касалось даже закрытых церквей. Священники обязаны были говорить о нем в своих проповедях и молиться за него. Некоторые лозунги, обязательные к произнесению, звучали так: «Нет бога, кроме Нгемы Ндонга Масиаса», «Бог создал Экваториальную Гвинею, благодаря Масиасу».

Так продолжалось до 1975-го года, когда президент решил, что религия его народу больше не нужна. Христианство было запрещено, священники получили приказ покинуть страну в пятидневный срок. Кафедральный собор Малабо стал складом оружия. Этим возмутился Святой Престол. Папа Павел VI потребовал объяснений. Президент Ндонг пригрозил разбомбить Ватикан.

У Нгемы Ндонга была особая внешняя политика. Он лавировал между СССР и США, но контактов с ними не поддерживал. Дипломатические отношения были установлены с двумя странами — Сан-Томе и Принсипи и КНДР. Время от времени Ндонг уезжал в зарубежные поездки. Перед его отъездом производились расстрелы заключенных, для устрашения тех, кто может затевать переворот.

В 1976-м Ндонг сдружился со столь же безумным диктатором Цантральной Африканской Республики Бокассой, который как раз тогда объявил себя Императором. Еще был визит президента во Францию, произошедший то ли в том же 1976-м, то ли в 1977-м году. Правда, в Париже не знали, что к ним прибудет правитель Экваториальной Гвинеи. Самолет Ндонга чудом не сбили французские ВВС. Приземлившись в Марселе, президент улетел обратно.

В остальном мировое сообщество вспоминало о Ндонге лишь тогда, когда его солдаты брали в заложники иностранцев и требовали за них выкуп. Таким образом диктатор пополнял казну. Впрочем, к концу его правления в Экваториальной Гвинее не было ни одного иностранца.

В конце 1970-х годов Нгема начал обнаруживать явные признаки слабоумия. Он часто разговаривал со своими бывшими коллегами, которых сам же давно приказал казнить. Он стал хуже слышать и часто кричал, разговаривая сам с собой, так как иначе не слышал себя. У него начались трудности с координацией движений. Ему стало тяжело жить в Малабо, и он большую часть времени проводил в своем доме в Рио-Муни вместе с тремя женами. В зарослях бамбука около дома он хранил весь валютный запас Экваториальной Гвинеи. Часть денег успела прийти в негодность.

Со временем он стал опасен даже для собственной семьи и своего ближайшего окружения. В июне 1979 года 11 офицеров Национальной гвардии пришли к нему с жалобой на то, что уже несколько месяцев не получали зарплату. Все они были расстреляны.

Тогда в августе его племянник Обианг Нгема Мбасого организовал государственный переворот. Нгеме удалось бежать с двумя чемоданами валюты и сжечь весь остальной валютный запас страны. Через две недели, однако, он был арестован. После колебаний, отдать ли его под суд или отправить в больницу, было решено провести суд. Масиасу Нгеме было предъявлено обвинение в убийстве 80 тысяч человек. Он был признан виновным в 500 убийствах и приговорен к расстрелу. Так как население Экваториальной Гвинеи верило, что он является колдуном и обладает сверхъестественными силами, ни один из солдат не согласился принять участие в расстреле. Для совершения казни пришлось специально вызывать взвод марокканских солдат. Вместе с пятью сподвижниками Франсиско Масиас Нгема был расстрелян 29 сентября 1979 года. Население страны еще долго верило в присутствие и сверхъестественные возможности его духа.

Страну возглавил тот самый племянник Обианг Нгема Мбасого. Сейчас ему 73 года, и он всё еще правит Экваториальной Гвинеей.

           Вернуться к оглавлению