ORATOR.RUКурсы ораторского искусстваЦицерон
ораторское искусство притчи
телефоны






ПРИТЧИ

О высшем можно только молчать

Однажды к Будде приехал всадник на великолепной лошади и, коснувшись его ног, спросил:
– Есть ли Бог?

Будда, внимательно рассмотрев его и лошадь, сказал:
– Когда я был молод, то очень любил лошадей и различал четыре типа. Первый – самый тупой и упрямый, сколько ее не бей, она всё равно не будет слушаться. Таковы и многие люди. Второй тип – лошадь слушается, но только после удара. Много и таких людей. Третий тип – это лошади, которых не нужно бить, а достаточно показать хлыст. И четвертый тип, очень редкий – им достаточно и тени хлыста.

Говоря всё это, Будда смотрел в лицо человеку. Затем он закрыл глаза и замолчал. Человек тоже закрыл глаза и сидел в молчании с Буддой.

При этом присутствовал Ананда, и что-то внутри него стало протестовать. Он подумал: «Как это странно – человек спрашивает о Боге, а учитель говорит о лошадях». Рассуждая таким образом, Ананда не мог не видеть, какая воцарилась тишина, какое великое молчание! Оно было почти осязаемым. Ананда смотрел на лица Будды и человека, переживавшего трансформацию прямо у него на глазах! Будда открыл глаза, а человек просидел в таком состоянии еще час. Лицо его было умиротворенным и светлым. Открыв глаза, человек коснулся ног Будды с глубокой признательностью, поблагодарил его и ушел.

Когда он вышел, Ананда спросил Будду:
– Для меня это непостижимо! Ты говорил не о Боге, а о каких-то лошадях. Я видел, как он погрузился в глубокое молчание. Как будто он знал тебя много лет. Я никогда не знал такого молчания! Какое единение! Какое общение! Что было передано? Почему он благодарил тебя?

Будда ответил:
– Я говорил не о лошадях. Я говорил о Божественном. Но об этом нельзя говорить прямо. Когда я увидел, на какой лошади он приехал, то понял, что такую лошадь мог выбрать только истинный ценитель. Вот почему я заговорил о лошадях. Это был язык, который он мог понять, и он понял его. Он редкий человек – ему было достаточно и тени хлыста. И когда я закрыл глаза, он понял, что о высшем говорить нельзя, о нем можно только молчать, и в этом молчании оно познаётся. Это трансцедентальный опыт, и он находится за пределами ума.

           Вернуться к оглавлению