ORATOR.RUКурсы ораторского искусстваЦицерон
Нильс Бор
телефоны






ИНТЕРВЬЮ

Полезны ли прививки?

Джон Раппопорт:
Интервью с бывшим создателем вакцин

Д-р Марк Рэндол – исследователь вакцин, долгие годы работавший в лабораториях крупных фармацевтических компаний и правительственного Национального Института здоровья. Марк уволился, потому что, по его словам, он испытал омерзение из-за того, что обнаружил относительно прививок. Марк не большой любитель говорить, но в свете последних попыток сделать прививки обязательными, он решил нарушить молчание. Живёт он комфортно на пенсии, но стал осознанно относиться к тому, что делал раньше. Марк прекрасно осведомлён о размахе деятельности медицинского картеля.

– Когда-то Вы были уверены, что прививки – символ прогрессивной медицины.

– Да. Я помогал в разработке нескольких вакцин. Прививки – последняя линия обороны современной медицины. Прививки – высшее выражение «великолепия» современной медицины.

– Вы считаете, что людям должно быть предоставлено право выбора, прививаться или нет?

– На политическом уровне – да. На научном уровне – людям нужно предоставлять достоверную информацию, чтобы они могли сделать правильный выбор. Легко сказать: «Выбор – это хорошо». Но если вся атмосфера пропитана ложью, как вы можете выбирать? Если бы во главе Управления по контролю пищевыx продуктов и лекарств (FDA) стояли порядочные люди, прививки не были бы разрешены.

– Есть историки медицины, которые утверждают, что общее снижение заболеваемости не было результатом прививок.

– Знаю. Долгое время я не обращал внимания на эти исследования, потому что боялся того, что я мог бы найти. Я занимался прививочным бизнесом. Уровень моей жизни зависел от продолжения этой работы. А потом я сам исследовал эту тему и пришел к выводу, что снижение уровня заболеваемости произошло благодаря улучшению жизненных условий, а не вакцинации.

– Каких условий?

– Более чистой воды. Улучшенной канализационной системы. Пищи. Свежих продуктов сельского хозяйства. Снижения бедности. Микробы повсюду, но если вы здоровы, вы не заразитесь легко.

– Что вы почувствовали, когда завершили ваши исследования?

– Отчаяние. Я понял, что работал в области концентрированной лжи.

– Есть ли прививки, которые опаснее других?

– Да. DPT (АКДС), например. MMR (комбинированная вакцина против кори, свинки и краснухи). Кроме того, некоторые серии одной и той же вакцины могут быть опаснее одна другой. Меня беспокоит то, что опасны все прививки.

– Почему?

– Несколько причин. Они вовлекают человеческий организм в процесс, целью которого является подрыв иммунной системы. Они на самом деле могут вызвать ту болезнь, защитить от которой предназначены. Они могут вызвать иные болезни, отличные от тех, предотвратить которые были должны.

– Почему же нам приводят статистику показывающую, что прививки были чрезвычайно успешны в ликвидации болезней?

– Как почему? Чтобы создать иллюзию, что прививки полезны. Если прививки подавляют видимые симптомы таких болезней, как корь, каждый может счесть, что прививка оказалась успешной. Но под этим прикрытием прививка может повредить самой иммунной системе. А если она вызывает другую болезнь – менингит, например, этот факт не замечается, поскольку никто не верит, что это могла сделать прививка. Связь просто игнорируется.

– Сообщается, что прививки ликвидировали натуральную оспу в Англии.

– Да. Но когда вы изучаете доступную статистику, перед вами встаёт иная картина. Были города в Англии, где непривитые люди не заболевали оспой. Были города, где привитое население переживало эпидемии оспы. А заболеваемость оспой снижалась уже до введения прививок.

– Вы утверждаете, что нам лгали?

– Это именно то, что я утверждаю. Историю подогнали так, чтобы убедить людей, что прививки неизменно эффективны и безопасны.

– Вы работали в лабораториях. Что Вы скажете о чистоте там?

– Люди считают, что эти производственные лаборатории – чистейшее место в мире. Это неправда. Заражения случаются постоянно. «Строительный мусор» постоянно попадает в вакцины.

– Например, обезьяний вирус SV-40, проскользнувший в полиовакцину?

– Да, это было. Но я не это имею в виду. Вирус SV-40 попал в вакцину потому, что использовались обезьяньи почки. Я говорю о другом. О действительных лабораторных условиях. Ошибках. Халатности. SV-40, который позднее был обнаружен в раковых опухолях – это то, что я бы назвал структурной проблемой. Это была принятая часть производственного процесса. Если вы используете обезьяньи почки, вы открываете двери неизвестным вам возбудителям, находящимся в них.

– Хорошо, давайте на минуту отвлечёмся от разницы между видами загрязняющих веществ. Какие вещества Вы обнаруживали за годы Вашей работы в лабораториях?

– Я приведу Вам примеры того, что находил я и что находили мои коллеги. Но это только часть. В противокоревой вакцине «Римавекс» мы нашли различные цыплячьи вирусы. В полиовакцине мы нашли акантамебу, которую называют «амёба, пожирающая мозг». Обезьяний цитомегаловирус в той же полиовакцине. Пенистый обезьяний вирус в ротавирусной вакцине. Вирус птичьего рака в вакцине MMR. Различные микроорганизмы в сибиреязвенной вакцине. Я обнаружил потенциально опасные ингибиторы ферментов в нескольких вакцинах. Вирусы уток, собак, кроликов в вакцине против краснухи. Пестивирус в вакцине MMR.

– Я хочу понять. Все эти загрязняющие вещества не имеют отношения к самим вакцинам?

– Верно. И невозможно определить тот вред, который они могут принести, поскольку никаких исследований в этом направлении не проводилось. Это рулетка. Рискуете вы. Большинству людей неизвестно, что некоторые полиовакцины, аденовирусные вакцины, краснушная вакцина и вакцина против гепатита А производятся из тканей абортированных человеческих плодов. Я понял: то, что я время от времени обнаруживал и считал бактериальными фрагментами, на деле могло являться частями эмбриональных тканей. Когда вы ищите загрязняющие вещества в вакцинах, то со всем обнаруживаемым материалом вы просто теряетесь. Вы знаете, что этого там не должно быть, но что это, вы представления не имеете. Я обнаруживал то, что я считал мельчайшими фрагментами человеческого волоса или человеческой слизи. Я обнаруживал то, что можно только определить, как «чужеродный белок» и что, на самом деле, может быть чем угодно.

           Вернуться к оглавлению