ORATOR.RUКурсы ораторского искусстваЦицерон
телефоны






ИСТОРИИ

Про Александра Македонского

Великий отрок

Еще в отрочестве у Александра был заметен здравый смысл и проявились задатки величия. Он был равнодушен к телесным наслаждениям и очень в них умерен. Честолюбия же и благородной гордости преисполнен был не по возрасту. Дорожил он не всякой похвалой и не от всякого, в отличие от своего отца. Его отец Филипп мог, словно софист, хвастаться своим красноречием и чеканить монеты с изображением своих колесниц, победивших на олимпийских играх. Когда Александра спросили, не хочет ли он состязаться на олимпийских играх в беге, а бегал он быстро, он ответил: «Да, если моими соперниками будут цари».

Однажды Александру в отсутствие Филиппа пришлось принять послов персидского царя. Он подружился с ними и покорил их своей любезностью и своими вопросами, в которых не было ничего детского и пустого. Он расспрашивал их о длине дорог, о том, как пройти вглубь Азии, об отношении их царя к войне, о величине и структуре персидского войска. Общаясь с царственным подростком, послы приходили в изумление, и прославленная мудрость Филиппа стала казаться им ничтожной по сравнению с великими замыслами его сына. (Надо в скобках заметить, что, судя по всему, тягу к величию Александру привил Аристотель).

Аристотель

Учителем и наставником Александра Великого был великий философ Аристотель. Думаю, они стоили друг друга и многим друг другу обязаны. «Царь царей» и «философ философов» отлично сработались в тандеме. Может быть, Александр был бы не столь велик, если бы его воспитателем не был Аристотель; и, вполне возможно, мы ничего не знали бы про Аристотеля, не будь у него такого успешного и влиятельного ученика. (Вообще-то многие соратники, друзья или враги Александра и даже его конь Буцефал вошли в Историю лишь потому, что его лучистая слава, как Солнце, осветила их). Александр восхищался Аристотелем, любил его не меньше отца и говорил: «Отцу я обязан тем, что живу, а Аристотелю тем, что живу достойно».

Буцефал

Фессалиец Филоник привел к Филиппу необычайно красивого коня Буцефала (Букефала), предлагая его за 13 талантов (это очень большая сумма, но конь был весьма необычный). Конь был таким большим, мощным и норовистым, что никто из спутников Филиппа не решался его укротить. Филипп рассердился и уже приказал увести коня, но тут Александр воскликнул: «Какого коня теряют по своему неумению обращаться с лошадьми и по своей трусости!». Когда Александр вскочил на коня, спутники Филиппа замерли от страха. Когда же он, укротив коня, гордый и ликующий подъехал к ним, все подняли радостный крик. Филипп же прослезился от радости, а когда сын сошел с коня, поцеловал его в голову и сказал: «Дитя мое, поищи царство по себе; Македония для тебя слишком мала».

Законный наследник

Олимпиада, мать Александра, была женщиной с тяжелым характером, ревнивой и раздражительной. Филипп взял себе в жены молоденькую девушку Клеопатру, влюбившись в нее не по возрасту. Ее дядя Аттал, подвыпивши на свадьбе, стал уговаривать македонцев молиться богам о том, чтобы от Филиппа и Клеопатры родился законный наследник царства. Разгневанный Александр крикнув: «А, я, по-твоему, болван, незаконный?», - швырнул в Аттала чашу. Филипп бросился на Александра с мечом, но, к счастью для обоих, споткнулся, пьяный и упал. «Вот человек, - сказал с издевкой Александр, - который собирается перешагнуть из Европы в Азию, а сам свалился, шагая от ложа к ложу!».

Железный характер

Александр принял царскую власть 20 лет от роду. Первым делом он расправился с убийцами своего отца. У молодого царя было много недоброжелателей, и Александр прекрасно понимал, что прояви он малейшую слабость, все смутьяны объединятся против него. Поэтому он приступил к восстановлению порядка отважно и решительно. Наведя порядок в Македонии, он взялся за Грецию. Ему пришлось наказать непокорных фиванцев – Фивы были стерты с лица земли, а сами фиванцы частью убиты, а оставшиеся в живых проданы в рабство. Действуя быстро и решительно, он усмирил греков. Затем великий царь устремил свой взор на восток, в сторону Персии.

Диоген

Греки решили выступить против персов совместно с Александром, который и был провозглашен военачальником. Много государственных людей и философов приходило к нему с поздравлениями. Александр рассчитывал, что это сделает и Диоген Синопский, но Диоген об Александре вовсе не думал. Царь отправился к нему сам. Философ лежал, растянувшись на солнце. Александр поздоровался с ним и спросил, не нужно ли ему чего-нибудь? «Отойди немного от Солнца», - ответил Диоген. Александр был так поражен этим пренебрежением, свидетельствующим о душевной высоте человека, что когда на обратном пути его спутники смеялись над Диогеном, он сказал: «Если бы я не был Александром, хотел бы я быть Диогеном!».

Дельфийский оракул

Желая спросить богов о своем походе на Персию, Александр отправился в Дельфы. Тут как раз случились «критические дни», когда не положено давать предсказаний. (Скорее всего, жрецы просто боялись гнева Александра в ответ на расплывчатое или неверное пророчество). Александр послал за жрицей. Она отказалась прийти, ссылаясь на закон. Тогда он сам поднялся к ней и силой потащил ее к храму. Словно побежденная его усердием, она воскликнула: «Ты непобедим, дитя мое!». Александр сказал, что никакого предсказания ему больше и не надо: он получил от нее такое прорицание, какое хотел.

Надежды

Перед вторжением в Персию Александр имел 30 тысяч пехоты и 4 тысячи конницы. Средств на содержание войска у него было 70 талантов, а продовольствия хватало на 30 дней – вот и всё его состояние. Это было ничтожно по сравнению с 500-тысячным войском и несметными богатствами персидского царя Дария. Выступая на завоевание мира в столь стесненных обстоятельствах, Александр, тем не менее, сначала устроил дела своих друзей: одному он дал земли, другому – селения, третьему – доход с гавани или города и т.д. Когда он раздал всё свое состояние, его сподвижник Пердикка спросил: «А что же ты, царь, оставляешь себе?». – «Надежды», - ответил Александр. «Тогда предоставь и мне долю в своих надеждах», - сказал Пердикка и отказался от владений, ему отписанных. Многие из друзей царя поступили так же.

Гордиев узел

После того, как Александр занял Фригию, он овладел Гордионом – родиной древнего царя Мидаса. Там он нашел знаменитую колесницу, дышло которой было скреплено с ярмом при помощи сложного узла, который никто не мог развязать. То был так называемый Гордиев узел (его завязал некто Гордий из веревочек, которые были сделаны из кизиловой коры). Концы узла были спрятаны внутри клубка, а волокна хитро переплетались в разных направлениях. Предание гласило, что тому, кто развяжет узел, суждено стать царем всего мира. Александр не сумел развязать хитросплетения. Потеряв терпение, он разрубил мечом узел: в нем обнаружилось множество концов. С тех пор «Гордиевым узлом» принято называть какое-либо сложное и запутанное дело. А крылатое выражение: «разрубить Гордиев узел» - значит найти простой выход из затруднительного положения, действуя смело и решительно.

Царское великодушие

Одержав блестящую победу над персами, Александр, однако, не смог пленить Дария, который успел бежать, но завладел царской колесницей и луком. Среди пленных оказались жена Дария и две его дочери. Увидев знакомую колесницу и лук, они стали рыдать, считая Дария погибшим. Александр велел сказать им, что Дарий жив и Александра им нечего бояться. Он обеспечил им прежний уход и почести, а денег на себя они получали больше, чем при Дарии. Будучи пленницами, они не слышали подлых оскорблений, а жили словно и не в лагере врага, а в стенах чистого святилища. А между тем жена Дария была из всех цариц первой красавицей, как и сам Дарий из мужчин был самым красивым и высоким. И дочери их походили на родителей. Александр, считая, власть над собой качеством более царственным, чем умение побеждать на войне, не притронулся к ним. Глядя на других пленниц, отличавшихся красотой, Александр говорил, что вид персиянок мучителен для глаз. Сам он при этом демонстрировал красоту собственного воздержания и целомудрия.

Ни вино, ни сон, ни забавы, ни женщины, ни зрелища не могли отвлечь его от дел, как это бывало с другими военачальниками. Об этом свидетельствует вся его жизнь, очень короткая, но полная грандиозных событий.

Вспомнил

Распределяя как-то военную добычу, Александр вспомнил об одном своем детском желании и послал своему воспитателю Леониду горы благовоний – 500 талантов ладана и 100 талантов смирны. Когда однажды Леонид совершал жертвоприношение, Александр подбежал к нему и, схватив пригоршню благовоний, бросил их в огонь, Леонид заметил ему: «когда, Александр, ты завоюешь страну, обильную ароматами, тогда ты и будешь так щедро их жечь. А пока то, что есть, расходуй бережливо». Александр сопроводил свой подарок Леониду письмом: «Мы послали тебе ладану и смирны в изобилии: перестань скаредничать с богами».

Победить или умереть

В сражении при Гавгамелах Дарий выставил против Александра миллионное войско. Левое крыло македонцев под командованием Пармениона стало отступать. Персы обошли македонскую фалангу и уже собирались напасть на обоз. Парменион, теснимый с двух сторон, послал к Александру сказать, что лагерь и весь обоз пропадут, если он тотчас же не пришлет арьергарду сильной подмоги с передней линии. Как раз в это время Александр своим войскам дал приказ к наступлению. Получив сообщение от Пармениона, он ответил ему: «Ты потерял голову и не способен соображать! В своем смятении ты забыл, что победители получат всё имущество врага, а побежденным следует думать не про обоз и лагерь, которые им уже не понадобятся, а о том, как сражаясь, пасть в бою со славой и без укора».

Царская щедрость

По природе своей Александр был очень щедр. Один македонский воин гнал мула, навьюченного царским золотом. Животное устало. Тогда македонец снял с мула ношу и понес ее сам. Царь увидел совершенно измученного человека и сказал ему: «Не трудись! Дойди уж как-нибудь до своей палатки и отнеси это себе». Вообще Александр даже больше сердился на тех, кто не брал его подарков, чем на тех, кто их просил. Фокиону он сообщил, что не будет впредь считать его другом, если он будет отвергать его милости. Серапиону, играющему с ним в мяч, он ничего не давал, потому что тот ничего не просил. Однажды во время игры в мяч Серапион всё время бросал мяч другим игрокам. «Почему ты не даешь мне мяч?», - спросил царь. «Ты же не просишь», - ответил тот. Александр рассмеялся и щедро одарил его.

Сила воли

Опять выступив против Дария, Александру пришлось долго проскакать по безводной местности и его войско выбилось из сил. Тут ему встретились несколько македонцев, везших на мулах мехи с водой. Видя, что Александр изнемогает от жажды, они налили воды в шлем и преподнесли ему. Он спросил, кому они везут воду. «Нашим сыновьям, - ответили те, - но если ты останешься жив, то не беда, если мы их загубим, мы народим других». Александр взял шлем с водой в руки и огляделся. Видя, что все всадники вытянули шеи и смотрят на него, он вернул шлем, ничего не отпив, поблагодарил давших и сказал: «Если я попью один, то они вот падут духом». Видя его самообладание и великодушие, всадники закричали: «Смело веди нас! Мы не желаем знать ни усталости, ни жажды, и не считаем себя смертными людьми, пока с нами такой царь!».

Не может на небе быть двух солнц

Дарий отправил Александру письмо с просьбой отпустить пленных за 10 тысяч талантов. Также он предлагал Александру полцарства – взять земли по ту сторону Евфрата, жениться на одной из его дочерей и стать другом и союзником. Узнав о предложении Дария, Парменион сказал: «Будь я Александром, я бы на это согласился!». «Клянусь Зевсом, я сделал бы так же, будь я Парменионом!», - воскликнул Александр. Дарию же Александр написал: «Не может в Азии быть двух царей, как не может на небе быть двух солнц». И добавил, что тот может рассчитывать на самый радушный прием, если явится к македонянам; в противном случае Александр сам пойдет на персидского царя. В дальнейшей борьбе Александр одолел Дария и стал единственным Солнцем на всем пространстве Ойкумены, где ступала его царственная нога.

Феликс Кирсанов

(использованы материалы из книги Плутарха "Сравнительные жизнеописания")

           Вернуться к оглавлению