Orator.ru  ОРАТОРСКОЕ ИСКУССТВО И МАСТЕРСТВО ОБЩЕНИЯ

Выпуск 36 Архив рассылки
МЫ НЕ МОЖЕМ ЗНАТЬ. МЫ МОЖЕМ ТОЛЬКО ПРЕДПОЛАГАТЬ


"Можно быть уверенным лишь в том, 
что ни в чем нельзя быть уверенным"
Плиний старший


      Баснописец Эзоп был рабом. Как-то хозяин послал его на рынок, а навстречу ему градоправитель.
     - Ты куда, Эзоп? - спросил градоправитель.
     - Не знаю, - признался баснописец.
     - Издеваешься! Взять его и отвести в тюрьму! - приказал градоправитель своим воинам.
     - Вот видишь! - возмутился в свою очередь Эзоп, - разве я мог знать, что попаду в темницу?

      Да, уж, друзья, никто не знает, что с ним случится через минуту. Никто вообще ничего не может знать, ибо знать невозможно.

     - Как это невозможно? Я знаю, например, дату своего рождения.
     - На самом деле ты ее не знаешь, потому что даже не помнишь, и поэтому тебе приходится верить документам и словам родителей. А вдруг в твоем свидетельстве о рождении указали не ту дату (сознательно или по ошибке)? А вдруг тебя в роддоме подменили? Ты этого не знаешь.
     - Ну, хорошо, я этого не знаю. Но тогда я знаю, что на Земле есть страна Парагвай - это же очевидно!
     - Сомневаюсь. Твоё убеждение основано, опять же, на вере. В слова учителя географии, телерепортажи, атласы, учебники и прочие авторитетные источники. А ты ведь понимаешь, что вера ничего не доказывает. Никакие авторитеты не могут давать стопроцентных гарантий, т.к. несовершенных людей всегда и во всём сопровождают неопределенность и всякие форс-мажоры. Поэтому для тебя существование Парагвая - не факт, а информация.
     - А если допустить, что я был в Парагвае. Уж тогда-то я мог бы знать, что он существует.
     - Нет, не мог бы. Потому что у тебя не было бы гарантии, что это не был бы, скажем, Гондурас, в котором поменяли вывески.

      Информация к размышлению:
      Авторитетные источники информации иногда бессовестно врут. По некоторым экспертным оценкам, в различных научных справочниках и энциклопедиях может содержаться до 20% ложной информации. Многовато.
      Так, например, в энциклопедическом словаре "Ф.А.Брокгауз - И.А.Ефрон" (1912 г.) потери французских войск в Бородинском сражении указаны в 35 тысяч человек. В "Большой советской энциклопедии" (1927) - 52 тысячи человек. Во "Всемирной истории" (1959) - 58,5 тысяч человек. То есть, потери французов непрерывно возрастают. Соответственно потери русских войск составили 58, 48 и 38,5 тысяч человек. То есть, наши потери непрерывно уменьшаются. Похоже, что авторы справочников пишут их если не в пьяном угаре, то с прицелом на идеологическую пропаганду. Также, похоже, что Бородинская битва продолжается до сих пор. В головах историков.
      Или другой пример. Официальная информация из справочников гласит, что население Китая на 2000 год составило около 1300 миллионов человек, а по оценкам некоторых экспертов - свыше двух миллиардов жителей. Такое расхождение цифр чуть ли не в два раза объясняется тем, что руководители китайских провинций, желая выглядеть успешными в глазах руководства страны на фоне общекитайской демографической проблемы, стремятся к занижению количества жителей в своих провинциях. Начальники китайских провинций понимают, что, как сказал Тристан Бернар, "не важно уметь хорошо работать, важно уметь хорошо доложить", и поэтому все остальные будут считать, что в их провинциях живет не столько человек, сколько живет на самом деле, а столько, сколько они укажут в своих отчетах. Попытайтесь ответить на вопрос: так, сколько же в Китае жителей - 1300 миллионов или два миллиарда? Думаю, что найти правильный ответ нелегко, т.к. для этого надо самим пересчитать всех китайцев.
      Так можно ли полностью доверять авторитетным источникам информации?

     - Если нельзя доверять авторитетным справочникам и кому бы то ни было, то можно доверять себе. Я знаю, например, что никогда не был в Париже.
     - Доверять себе, однако, тоже нельзя, потому что наши мозги иногда способны выделывать весьма чудаковатые выкрутасы, о которых мы и не подозреваем. А вдруг у тебя классический случай раздвоения личности, каждая из которых, как известно, не подозревает о существовании другой? На самом деле ты был в Париже, только в тот момент на арене твоего сознания выступала одна твоя личность, а сейчас я общаюсь с другой, которая не догадывается о том, что ты был в Париже.
     - Если бы у меня было раздвоение личности, то я бы знал об этом от своих близких.
     -Твои близкие упорно молчат, чтобы не травмировать твою психику. Ведь у людей с раздвоенной личностью (если они знают об этой своей ненормальности) частенько возникает склонность к депрессиям и суициду. Как правило, такая склонность бывает у одной из двух личностей - той, которая более неуравновешенна. Например, одна женщина с раздвоением личности забеременела в одном состоянии, а другая ее часть впадала в истерику от этого факта, потому что не могла понять, когда же такой грех мог случиться.
     - Такое тоже бывает?
     - Наверно, бывает, раз бывает.
     - Хорошо. Допустим, я был в Париже и не знаю об этом. Но я точно знаю, что недавно летал в Лондон.
     - Не "точно". И не "знаю". Скажу тебе по секрету, что на самом деле самолеты - это не летательные аппараты, а аттракционы, создающие иллюзию полета. Иллюминаторы - это не окна, а плазменно-динамические мониторы сплошного разрешения, которые показывают кино - якобы пейзажи за бортом. И пока ты сидел и раскачивался в аттракционе три часа, глушил водку для храбрости, судачил со случайным попутчиком-собутыльником и смотрел унылое стереокино на своем мониторе, вокруг самолета поменяли декорации и организовали массовку. Вот тебе и "здравствуй, Лондон!".
     - Ха-ха-ха. Но я видел самолеты в небе и знаю, что это летательные аппараты.
     - На самом деле это макеты из крашенной фанеры, подвешенные на веревках.
     - А почему же они гудят?
     - А разве трудно к ним приспособить звуковые динамики с усилителем?
     - Нелепо и смешно.
     - Не нелепо, а кажется нелепым, потому что непривычно, как зарождающаяся мода. Но неопровержимо, потому что ты этого не знаешь.
     - Да ладно. Но я знаю, что Земля круглая.
     - Во-первых, не круглая, а шарообразная - ты хотел сказать. А, во-вторых, кто тебе об этом сказал? Опять-таки - преподаватель географии, Коперник с Галилеем, космонавты. Также фотографии голубой планеты из космоса. И еще в школьном учебнике были рисунки, как мачта корабля постепенно скрывается за горизонтом. Думаешь, всё это - доказательства того, что Земля шарообразная? Чушь! Твой преподаватель географии - откровенный лжец. Космонавты - пропагандисты коварных идей. Те двое - Коперник и Галилей - вымышленные персонажи исторических мифов. Те "фотографии из космоса" - обычные картинки, продукт компьютерного дизайна. А корабль не скрывается за горизонтом, а медленно тонет. Хотя ты прав - то, что ты называешь Землей, действительно круглое. Это огромная плоская поверхность в форме круга из плотно подогнанных дубовых шпал, пропитанных мазутом для долговечности, лежащих на титановом каркасе, с толстым слоем земли и песка. Немного потрудились ландшафтные дизайнеры - и вот тебе реки, горы, озера и водопады с сопутствующей флорой и фауной. И вся эта конструкция, разумеется, покоится на трех китах.
     - Опять смешно.
     - Кажется смешным, потому что радикально противоречит твоим привычным убеждениям.
     - А звезды? Я знаю, что это огненные шары, так сказать.
     - Значит, по-твоему, Филипп Киркоров - это, так сказать, огненный шар? Шутка. На самом деле звезды - это шляпки золотых гвоздиков разного диаметра, которые заколочены в прозрачный купол и отражают свет квантовых генераторов. Так что, тебя опять попросту надули.
     - Ладно, допустим, меня все постоянно водят за нос. Разве это кому-то надо?
     -Надо, еще как надо. Скажу тебе по секрету, что над тобой совершают эксперимент. Окружающие тебя люди просто сговорились и наблюдают за твоим поведением, т.к. ты - первая экспериментальная модель человекоподобных роботов, способных принимать самостоятельные решения, которых, похоже, после некоторых доработок скоро запустят в массовое производство. Если, конечно, эксперимент пройдет удачно. Ты ведь этого не знаешь, не так ли?
     - Ладно, ладно, хватит брехать. И зачем нужны такие нерадивые роботы, как я?
     - Чтобы выполнять грязную работу. Только не проболтайся. Имей в виду, что я открыл тебе строжайший секрет.
     - Хорошо, не проболтаюсь, ха-ха. Но я не любитель грязной работы. Я любитель красивых женщин.
     - Поэтому я и сказал, что, прежде, чем запустить роботов в массовое производство, их надо доработать, чтобы они перестали быть бабниками и полюбили самую грязную работу.
     - Весело. Но я точно знаю, что ты сейчас со мной беседуешь.
     - Про "точно" пора бы забыть, ибо в нашей жизни всё не то, что бы неточно, а неопределенно. Чтобы точно выразить свою мысль, ты должен был сказать: "мне кажется, что тебе кажется, что ты сейчас со мной беседуешь", - так оно будет точнее, ведь весь мир нам только кажется. Вселенной правит вероятность, и для нас вероятно всё, что угодно. А вдруг ты спишь и видишь сон про то, что сейчас мы с тобой беседуем? Или лежишь на операционном столе под глубоким наркозом, и тебе мерещатся галлюцинации? Между прочим, по утверждению некоторых лиц, галлюцинации выглядят реальней, чем сама реальность.
     - Забавная версия. Но я все-таки знаю, что дважды два - четыре.
     - Я не буду тебе тут приводить общеизвестных доказательств, что дважды два - пять (шесть, ноль или 525), в которых содержится скрытый подвох, как в фокусах Копперфильда, а скажу лишь, что ты, опять же, спишь. И тебе снится этот мир со своей математикой. И физикой. И так далее.
     - Но я всё же знаю, что окружающий меня мир существует.
     - Нет, не знаешь. Потому что то, что ты называешь окружающим миром - для тебя не что иное, как только представление о мире. Не факты окружают тебя, а версии находятся в твоей голове. Весь мир обитает в твоем разуме. Поэтому отождествлять своё представление о мире с самим миром - всё равно, что путать карту местности с местностью или слово "яблоко" с яблоком.
     - Но такой подход к жизни - это же форменная паранойя!
     - Такой подход к жизни может стать паранойей, если к нему относиться серьезно и принимать как руководство к действию, к чему я тебя, заметь, не призываю. А может это просто игра здравого смысла?
     - И что же ты всем этим хочешь сказать?
     - Лишь то, что знать невозможно, а можно только предполагать. И даже когда мы излагаем вечные истины, мы говорим не о том, что есть, а о том, что нам кажется.
     - В чем же тогда я могу быть уверен?
     - Только в одном - в том, что ты что-то чувствуешь. С тем, что есть наше "я", не могут спорить даже самые отъявленные скептики, если они логичны до конца.
     - А можно ли быть логичным до конца?
     - Не знаю.

*    *    *

      "Не бойтесь совершенства, оно вам не грозит", - сказал Сальвадор Дали. Похоже, что знания тоже не грозят несовершенному человечеству, и оно всегда будет жить в эпоху информации и предположений. Да, уж, друзья, мы не можем знать, а можем только предполагать.

      Иногда нам кажется, что мы знаем наверняка, однако мы всегда имеем дело лишь с вероятностями. Мы можем тщательно спланировать свои действия и обладать иллюзией уверенности на все сто процентов, что у нас получится всё так, как мы задумали. Нам может казаться, что мы предусмотрели каждую мелочь. Но вдруг окружающий мир дает нам пинок под зад, и все наши планы летят вверх тормашками прямиком коту под хвост - бывает ведь такое.

      Находясь в центре цивилизованного города, мы не можем быть уверены в том, что нам в затылок не целится снайпер. Расставаясь с другом до завтра, мы не уверены в том, что не расстаемся с ним навсегда. Никакой даже самый швейцарский банк не даст вам стопроцентных гарантий сохранности ваших средств, потому что в жизни нет гарантий, а есть только вероятности. И вероятно всё, о чем только можно подумать - нежданно-негаданно на вашу голову в любой момент может свалиться мешок золота.

      Основатель скептицизма Пиррон хоть теоретически и отрицал всякую несомненную информацию, но, тем не менее, не руководствовался своей концепцией на практике, ведь с таким мировоззрением не проживешь и дня. Я не призываю вас отвергать любую очевидную информацию и заныривать в волны параноидальных фантазий. Просто нам для своего же блага не мешало бы помнить, что даже в самых, как нам кажется, очевидных утверждениях всегда должно оставаться место хотя бы для толики трезвого сомнения (чтобы можно было легко сбросить ненужный балласт убеждений, если они окажутся мусором), иначе можно впасть в легковерие и догматизм - причины многих наших ошибок.

      Цицерон сказал: "вероятностные знания - вот предел человеческого понимания". Если человек согласен с этой простой мыслью и помнит о ней, то это значит, что он не собирается глупо цепляться за свои старые убеждения только лишь в силу того, что он с ними сроднился, не задумываясь об их истинности. Также он не будет глотать всякий информационный хлам и каждую сомнительную доктрину, коих развелось ох, как много. Красивые теории, как и красивые женщины, часто бывают неверными. Вокруг полно нелепых и вредных теорий, которые недоказуемы и неопровержимы, звучат правдоподобно и так и лезут в наше мировоззрение и способствуют либо развалу нашей экономики (проповедникам из-за бугра и доморощенным штрейкбрехерам сильная Россия не нужна), либо вредят нашему здоровью и пытаются опустошить наши кошельки.

      Информация правит миром. С развитием средств распространения информации наша планета превратилась в большую деревню, и для нас важно не столько то, что происходит на ее поверхности, сколько то, что об этом пишут и говорят. А от того, какую информацию мы впускаем в своё мировоззрение, зависят наши достижения и то, насколько успешно мы шагаем по жизни.



Феликс Кирсанов, написать автору


 

Переиздание материалов статьи возможно только с обязательными ссылками на сайт Orator.ru (в интернете - гиперссылка) и на автора